Сестра Элиша. О магической любви

«Нет уз, способных соединить разделенное, кроме любви»

(Книга Закона/Liber AL, 1:41).

Мы так часто употребляем это слово – «любовь», — подразумевая целый спектр различных оттенков чувств, эмоций, понятий…

Если спросить обычного, профанного, человека, что есть любовь, он, скорее всего, ответит: «Любовь к мужчине/женщине, к родителям, к детям, к друзьям, к животным, к природе, к Родине, страсть, желание, хороший секс, любовь к прекрасному (искусство, музыка), просто хобби (любить делать что-то) и т.д. К сожалению, русский язык в этом отношении не так богат, как, например, греческий, где применительно к слову «любить» существует, как минимум, семь отдельных эпитетов, отражающих разнообразные оттенки и проявления этого чувства.

Что же такое любовь? В чем её сакральный смысл и извечная сила? Где та грань между любовью земной и любовью божественной?

Если спросить христианина, что есть любовь, он ответит: «Милосердие, сострадание, самопожертвование, «возлюби ближнего своего, как самого себя», «почитай родителей своих»… Если спросить суфийского мистика, что есть любовь, он ответит строками великого адепта Джалаладдина Руми:

«Однажды возлюбленный пришел к дому своей Возлюбленной. Он постучал в дверь. «Кто там?», — спросила Возлюбленная. Человек ответил: «Это я, любящий тебя». — «Уходи, — сказала Возлюбленная, — на самом деле ты не влюблен». Прошли годы, возлюбленный снова пришел к дверям своей Возлюбленной и постучал. «Кто там?», — спросила Возлюбленная. На этот раз человек ответил: «Это ты». — «Теперь, когда ты — это я, — ответила Возлюбленная, — ты можешь войти».

Если мы спросим иудея относительно любви, он, не тратя слов понапрасну, посоветует прочитать «Песнь Песней»:

«Возлюбленный мой бел и румян, лучше десяти тысяч других: голова его — чистое золото; кудри его волнистые, черные, как ворон; глаза его — как голуби при потоках вод, купающиеся в молоке, сидящие в довольстве; щеки его — цветник ароматный, гряды благовонных растений; губы его — лилии, источают текучую мирру; руки его — золотые кругляки, усаженные топазами; живот его — как изваяние из слоновой кости, обложенное сапфирами; голени его — мраморные столбы, поставленные на золотых подножиях; вид его подобен Ливану, величествен, как кедры; уста его — сладость, и весь он — любезность. Вот кто возлюбленный мой, и вот кто друг мой, дщери Иерусалимские!»

Если спросить телемита, что есть любовь, разумеется, последует лаконичный ответ: «Любовь есть Закон, любовь в согласии с Волей»… Что есть Закон? Что есть Воля? Для непосвященного – просто набор слов… Понятие Священного Ангела-Хранителя возникло задолго до философской системы Розенкрейцеров, Золотой Зари и сэра Алистера Кроули. Много путей ведут к нему, но результат не зависит от того, провели мы успешно мистерию из Греческих Магических Папирусов, ритуал Абрамелина или Liber Samech. Мы стремимся сначала увидеть хотя бы слабый отблеск, почувствовать легчайшее дуновение его, стоящего рядом, слегка сжимающего наше сердце… И, разумеется, мы все стремимся познать его, увидеть его в сиянии славы и великолепия, таким, каким мы привыкли видеть нечто ангельское и божественное, но более всего мы… малодушно воспринимаем его как некое магическое орудие для исполнения наших профанных желаний!

На мой взгляд, тут отчасти вина авторов, пишущих о своих успешных магических операциях по обретению Священного Ангела-Хранителя. Конечно, их опыт трудно переоценить: реальные люди, такие как Аарон Лейч, наши с вами современники, получают реальные результаты и доказательства (см. «После Абрамелина: работа со Священным Ангелом-Хранителем»). И всё же… И всё же я вернусь к изначальному вопросу о любви. В Телеме Любовь – это та непреодолимая сила, которая соединят разделенное, открывает истинную суть любого события, поступка, порыва, которая уничтожает двойственность нашего мира, деление на «черное» и «белое», на «добро» и «зло», на «хорошего бога» и «врага-дьявола». Это – изначальный импульс, возникший одновременно с Большим Взрывом, когда Единое перестало быть Единым и тут же, неизбежно, «захотело» вернуться обратно к Единому, к Изначальному. Это – Божественное притяжение. Это – вселенский магнетизм, имя которому – Любовь.

Мы все хотим «вернуться домой». И в те мгновения, когда наша Искра, наш Священный Ангел-Хранитель пробуждается в нас, мы ощущаем смутную щемящую тоску по чему-то большему, по чему-то, чем мы владели раньше, знали, но забыли и потеряли. И это щекочущее чувство дежавю… И что-то сжимается в груди… Это уже было, было когда-то, в детстве, во сне, в другой жизни… Наша главная проблема, неважно, в общении с христианским, иудейским, исламским, телемитским и т.д., любым эгрегором – МЫ НЕ УМЕЕМ ЛЮБИТЬ! Мы возносим Ему/Ей молитвы, клянемся в преданности, послушании, любви, но – МЫ НЕ ЗНАЕМ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ! Любовь Высшая, Любовь в согласии с Волей, Любовь, устраняющая двойственность, Любовь, уничтожающая эго, разрывающая на микроатомы самость, сущность во имя ЕДИНЕНИЯ, — этой Любви мы не знаем. Мы жаждем Видения, Познания и Собеседования с нашим Священным Ангелом-Хранителем, через него мы взываем к Высшему, к Изначальному… мы можем называть Его/Её – Возлюбленным/Возлюбленной, но на самом деле мы НЕ ЛЮБИМ, мы вообще ничего не чувствуем к этому Изначальному! Поэтому главным постулатом христианства следовало бы провозгласить: «Возлюби Господа своего!»

И если оргазм нам дан как пример лишь слабого отблеска того экстаза, который последует за высшим воссоединением разделенного, то чувство любви, на нашем земном, физическом плане, дано нам для того, чтобы мы научились Высшей Любви. Любовь присутствует в нашей жизни постоянно, в самых разнообразных проявлениях, но как апофеоз – в любви к мужчине/женщине. Страдания, ревность, восторг, тоска, слезы радости или любовной тоски, — всё это – лишь тень той Страсти, неутолимой и всепоглощающей, которая есть залог нашего истинного Соединения с Высшим. Никаких жертв! И когда мы научимся Любить, Любить самозабвенно, без оглядки на возможные успехи от магических ритуалов, без чувства униженности и «греховности», «воспламеним свое сердце молитвой», услышим этот зов Изначального Магнита, призывающего к себе разлетевшиеся Искры, когда мы поймем, что наша Искра – это часть Бога, Его/Её часть в нас, когда мы вообще перестанем воспринимать Бога по гендерному признаку и просто отдадим свое сердце, как готов сделать каждый истинно любящий, тогда мифический экстаз святой Терезии откроется в своем истинном, сакральном смысле. И мы, наконец, вернемся домой!