Frater Spiritus. Инвокация Пана

Этот ритуал не принадлежит к числу официальных ритуалов нашего Ордена, однако в Англии он выполняется многими местными отделениями О.Т.О. В основу ритуала положена «Liber Liberi vel Lapidis Lazuli Adumbratio Kabbalae Aegyptiorum Sub Figura VII» («Книга Ребенка или Лазурита, Очерк Каббалы Египтян») Алистера Кроули. Это так называемые «Слова рождения Мастера Храма», книга, в которой описывается сознательное освобождение свободного Адепта от его Адептства. По сути своей, это – испытание перехода через Пропасть. В отличие от другой книги Кроули – «Видение и голос», – в которой описана его личная работа, это – универсальное изложение подобного опыта. Как написал в своем комментарии Кроули, здесь «магическим языком изложена инициация Мастера Храма, и эта книга в том, что касается Красоты Экстаза, является аналогией Liber LXV«.

Вся книга состоит из семи глав, каждая из которых соотносится с семью планетами в следующем порядке: Марс, Сатурн, Юпитер, Солнце, Меркурий, Луна, Венера. Для ритуала «Инвокация Пана» был использован пролог, первая глава и частично вторая, а сам текст был разбит на роли Молчания, Матери, Девы и Пана (главные роли в ритуале играют два последних персонажа). В оригинале, книга Кроули содержит очевидный гомосексуальный подтекст. Однако публикуемый ритуал носит вполне традиционный гетеросексуальный характер.

Ритуал инвокации Пана

Слова и буквы выделенные жирным шрифтом должны вибрироваться.

Молчание (произносит): F
Дева: I (Знак Пуэлла)
Мать: A (Знак Мулиер)
Пан: O (Знак Вир)
Молчание: F

Все присутствующие вибрируют: FIAOF

Мать:

O! Сердце NOX, Ночь Пана.
Пан: Двойственность: Энергия: Смерть.
Смерть: Рождение: приверженцы O!
Рождать — значит умирать; умирать – значит рождать.
Пролей Семя на Поле Ночи.
Жизнь и Смерть – два имени A.
Убей себя.
Одно не может быть без другого.

Дева:

В мое одиночество врывается –
Звук флейты, который доносится из сумрачных лесов, растущих на высоких холмах.
Они тянутся от бурной реки и теряются вдали.
И я замечаю Пана.
Вечные снега лежат высоко на вершинах –
До самых звезд доходит их аромат.
Но что мне до них?
Я слышу только далекую флейту, неисчезающий образ Пана.
Глаза и уши внимают Пану;
Запах Пана проникает всюду, его вкус полностью наполняет мой
рот, так что язык произносит причудливые и невероятные речи.

EPHRIX EROTI PERIARCHUS DANEPTOMAN IO IO PAN

PAN O PAN PAN ALIPLAGKTE CULLANIAS CHLONOCTUPOI

PETRAIAS APODEIRADOS PHANUTH O THEON CHOROPOI ANACH

В то время, когда Дева произносит это на греческом, все присутствующие декламируют ее слова в переводе:

Я трепещу в экстазе, я возношусь на крыльях внезапной радости! ИO, Пан, ИO, Пан, приди к нам! O Пан, Пан, странствующий по морям, от самых скалистых хребтов снежной Киллены [Гора в Аркадии, на которой родился Гермес – прим. перев.], царь, танцующий для Богов.

Дева:

Его объятия воздействуют на все точки боли и удовольствия.
Интуиция пылает Его глубочайшей сутью,
И сама я бросаюсь в пропасть бытия.
Точно в бездну, в полное уничтожение.
Конец одиночеству, как и всему остальному.
Пан! Пан! Ио Пан! Ио Пан!
(Пауза)
Мой Бог, как я люблю Тебя!

Пан:

С яростным звериным желанием я преследую Тебя по всей Вселенной.

Дева:

Ты стоишь и кажется, что это – высокая стена, защищающая город. А я, – белая птица, – опускаюсь на Тебя.

Пан:

Ты – Возлюбленная моя, я вижу Тебя нимфой, простирающей свои белые руки весной. Она возлежит на мху; нет никого – только она одна.

Дева:

Не Ты ли это, Пан?

Пан:

Я – это Он.

Дева:

Молчи, О, мой Бог! Пусть работа свершится в тишине.
Пусть мой крик боли примет облик маленького белого оленя, который исчезнет в глубине леса!
Ты – кентавр, О, мой Бог, от фиалок, венчающих Тебя, до самых лошадиных копыт.
Ты тверже закаленной стали, и все меркнет по сравнению с Тобой.
Разве я не принесла тебе тело и душу.
Я добиваюсь Тебя с кинжалом у горла.

(Приставляет кинжал к горлу).

Пусть струя крови утолит Твою жажду кровопролития, О, мой Бог!

Пан:

Ты маленький белый кролик в норе Ночи Я больше, чем лиса и нора.

Дева:

Подари мне Свои поцелуи, О, Бог Богов!

(Пан и Дева целуются).

Пан:

Вспыхнула молния и поглотила маленькое стадо овец

Дева:

Есть язык и есть пламя; я вижу трезубец, несущийся над морем. Один зубец впился в голову феникса, а два метят ниже. Они пронзают нечестивого.

Пан:

Я проткну тебя копьем, о, маленький голубь, если ты не будешь осторожен!

Дева:

От серого к золотому; от золотого к тому, что больше, чем золото Офира.
Мой Бог! Но я люблю Тебя!
Почему Ты шептал такие двусмысленности? Не был ли ты напуган,
О, Тот, Кто имеет козлиные копыта, Кто рогат, Кто подобен острию молнии?

Пан:

С молнии срывается жемчуг; с жемчуга – черные крупицы Ничто

Дева:

Я основала все на одном, одно –на ничем
Паря в небе, О, мой Бог, мой Бог!
О, Ты, великое скрытое солнце славы, раскрой эти веки!

Пан:

Природа погибнет; она прячет меня, закрывая мои веки от страха, она прячет меня от моего Уничтожения, О, Ты, открой глаза.
O, вечно рыдающее божество!

Дева:

Не Исидой – моей матерью, не Осирисом – самим
собой, но буду я ребенком инцеста – Гором, отданным Тифону!
Вот мысль; и эта мысль – Зло.
Пан! Пан! Ио Пан! и – этого достаточно.

Пан:

Не умирай, O, душа моя! Помни, что смерть – ложе, на которое ты падаешь!

Дева:

О, как я люблю Тебя, мой Бог! Главное – есть резкий
параллельный свет бесконечности, отвратительным образом
рассеянный из-за тумана в этой голове.
Я люблю Тебя.

Пан:

Я люблю Тебя

Дева:

Я люблю Тебя

Пан:

Ты прекрасна, Ты белее женщины в колонне этой вибрации.
Я вздымаюсь вертикально, словно стрела, и становлюсь тем, что Выше.
Но это смерть, это пламя погребального костра.
Взойди на этот костер, о, душа моя! Твой Бог словно холодная пустота самых высоких небес, куда ты излучаешь свой слабый свет.

Дева:

Когда Ты узнаешь меня, О, опустошенный Бог, тогда мое пламя полностью погаснет в Твоей великой N.O.X..
Чем Ты будешь, мой Бог, когда я перестану Тебя любить?

Пан:

Ничтожеством, ничем, презренным отродьем.

Дева:

Но нет! Я люблю Тебя!

(Дева кладет цветы к ногам Пана, помазывая Его Третий Глаз смесью масла и красного вина, потом помазывает и целует его Жезл).

Я бросила миллион цветов из Немыслимой корзины к Твоим ногам, я помазала Тебя и Твой Жезл маслом, кровью, и поцелуями.
Я разожгла в Твоем холодном мраморе жизнь – ах! – смерть.
Я влюбилась в запах Твоих уст, которые никогда не пьют другого вина, кроме жизни.

Пан:

Как свежесть Вселенной очищает уста!
Ах! струящийся поток звезд матери Высшего, прочь!

Дева:

Я – Та, которой пора было прийти, Девственница для всех мужчин.
Я – девочка пред тобой, О, Бог-сатир.
Ты накажешь меня удовольствием – Сейчас! Сейчас! Сейчас!
Ио Пан! Ио Пан! Я люблю Тебя! Я люблю Тебя!
О, мой Бог, пощади меня!

Пан (поднимаясь):

Сейчас!

(все танцуют в экстазе, поют «Ио Пан», до момента кульминации).

Свершилось! Смерть (пауза и все пьют вино).

Дева:

O, мой Бог! Имей меня снова, всегда. Навеки! Навеки!
То, что от Тебя изошло огнем, от меня исходит водой; позволь
поэтому Твоему Духу овладеть мной, так, чтобы из моей правой
рука изошла молния.

Пан:

ИО ПАН

Я прокричал слово – и это было могущественное заклинание, чтобы связать Невидимое, колдовство для того, чтобы развязать связанное; да, чтобы развязать связанное.

Все застывают в знаке молчания.

Перевод Sorors I.C. и N.