Алистер Кроули. Зов Двадцать шестого Эфира, имя которому DES

DES^[1]

Очень яркая пентаграмма; и вот уже камень исчез, и все небо черно, и его чернота — чернота могучего ангела^[2]. Хоть он и черен (и лицо, и крылья, и ризы его, и доспехи его — все черно), но все же сияет столь ярко, что я не в силах смотреть на него. И он восклицает: «О вы, копья, и чаши яда, и острые мечи, и вихри молний по углам земли^[3], препоясанные гневом и правосудьем! ведомо ль вам, что имя Его — Праведность в Красоте^[4]? Выжжены ваши глаза, ибо вы узрели меня в величье моем. И разорваны плевы ваших ушей^[5], ибо имя мое — как две горы блудодейства, как груди жены чужеземной; и Отец мой — не в них.

Се! озёра огня и мучений, кипящие серой^[6]! Многообразны цвета их, но вкупе они — как цвет золотого расплава. Или Он не един, един и единствен, — тот, в ком сияние вашего лика подобно 1728 лепесткам огня^[7]?»

Также изрек он проклятье^[8], сложив свои крылья крест-накрест и громко воскликнув: «Разве сын — не враг отцу своему? И разве дочь не похитила тепло ложа матери своей?^[9] Вот почему великое проклятье необратимо. Вот почему нет ни мудрости, ни пониманья, ни знания в этом доме, что висит на краю преисподней^[10]. Ты — не 4, а 2, о ты, хула на 1^[11]!

Поэтому всякий, кто поклоняется тебе, проклят. Истолкут его в ступе, и прах его бросят на ветер, и птицы небесные станут его клевать и умрут; растворят его в кислоте, и тот эликсир выльют в море, и рыбы морские вдохнут его и умрут; и смешают его с навозом, и покроют им землю, и травы земные станут питаться им и умрут; и сожгут его на огне, и пепел его опалит даже детей огня, так что в самой преисподней подымется плач великий».

Вот на груди ангела, меж черных крыльев его, — золотое яйцо; и это яйцо^[12] растет и растет, заполняя собой весь Эфир. И вот оно лопается, и внутри — золотой орел.

И он восклицает: «Горе! горе! горе! Да, горе миру сему! Ибо нет греха, и нет спасенья^[13]. Оперенье мое — как золотые волны на море. Очи мои ярче солнца. Язык мой стремительней молний.

Но меня окружают воинства ночи; они поют и поют восхваленья Тому, кто повергнут перуном бездны. Не ясны ль небеса за солнцем? Эти тучи сжигают тебя дотла; эти лучи ослепляют умы людские, — и всё это вестники ночи и растворенья пред ликом моим.

Вас всех ослепило сиянье мое; и хотя вы храните в сердце своем священное слово — последний рычаг ключа к малой дверце, ведущей за бездну, —  вы даете ему толкованья и спорите из-за него. Ибо сам свет — лишь иллюзия. Даже Истина — лишь иллюзия. О да, то и другое — великий обман, что превыше жизни, пространства и времени.

Да покроются губы твои волдырями от слов моих! Не крушат ли они твой разум, как метеоры? Прочь, прочь от лица того, кто проклят, — того, кто есмь я; ибо все, что вы мните правым, — левое, что для вас впереди — то сзади, что для вас вверх — то вниз^[14].

Я — великий бог, почитаемый святыми. И все же я проклят, ибо я — сын стихий, а не отец им^[15].

О, мать моя! неужто не сжалишься надо мною? Неужто не защитишь меня? Ибо я наг, я проявлен, я осквернен. О, мой отец! неужто не дашь мне вернуться? Я протяжен, я удвоен, я осквернен.

Горе мне, горе! Они не слышат молитвы. Только я внимаю молитвам, но мне никто не ответит. Горе мне! Горе мне! Я проклят в эонах!»

Всё это время на него, на этого сверкающего орлиноглавого бога, казалось, нападали какие-то невидимые существа^[16], ибо на теле его вновь и вновь открываются раны, то здесь, то там; по его оперенной груди текут ручейки свежей крови. И мало-помалу испаренья той крови заполняют Эфир багряной завесой. Вверху появился свиток: «Ecclesia abhorret a sanguine»^[17]; а под ним — еще один свиток на ином языке, буквы которого мне неизвестны. Это значит: «Не так, как они понимали»^[18].

Кровь становится темнее и гуще, запекается и чернеет, и вот уже все вокруг застилает тьмою; кровь стынет сгустками. Но вот эту тьму озаряет вверху сиянье чистой ночной синевы^[19] (о, звезды, звезды в ее лазурных глубинах!), и кровь бежит от него и стекает вниз, так что в верхней части овала проступает мало-помалу фигура Владычицы нашей, Нуит, а под нею — крылатый огненный диск, а под ним — алтарь Ра-Хор-Хута, точь-в-точь, как на Стеле Откровения^[20]. А в самом низу — Себ^[21], распростертый навзничь, и в нем собирается вся эта запекшаяся кровь^[22].

И слышится голос: «Это заря эона. Эоны проклятья прошли. Солнце, Сила и Зоркость, Свет — они для служителей Звезды и Змея^[23]».

И вот я лежу, обессилев, среди пустыни^[24].

Пустыня близ Сиди-Аиссы,
25 ноября 1909 года, 1:10 — 2:00 пополудни.

© Перевод: Анна Блейз

© PAN’S ASYLUM Lodge O.T.O.

© Thelema.RU

[1] [ ] = = כוכב = 48 = 7 + 10 + 31 = זי[#] = Кокаб, сфера . [Здесь , Колесо Духа, соответствующее енохианской букве , рассматривается как символ Солнца и Луны в соединении, , который графически подобен сочетанию греческих букв ΣΘ (Сигма-Тета); их еврейский аналог — буквы Шин и Тет (ShT), которые соответствуют Ату XI и XX = 11 + 20 = 31. Подробнее см.: Магия в теории и на практике, указ. соч., стр. 502, примеч. 419, а также стр. 525—529.] В этом Эфире описывается низложение Эона Иеговы и Иисуса. Стела Откровения, приведшая к получению «Книги Закона», ключевое число которой — 31: = D =  = 31;  = י = = Нуит и Точка, Хадит;  = ז =  = Близнецы, Ра-Хор-Хут и Гарпократ, объединенные в Херу-Ра-Ха, Владыке [Нового] Эона. Кроме того,  и  — обители , Логоса. Таким образом, имя этого Эфира в действительности означает Тайную Священную Ключевую Букву «Книги Закона» Телемы, явленную через посредство Меркурия, а также содержит полное символическое описание самой Стелы.

Это Тайна Ату XX = ש =  = «Страшный суд» или «Ангел». Старая форма [Ату] XX изображает староэонную Формулу Воскресения; новая же форма — Стелу Откровения, 718. [Об Ату XX см.: Книга Тота. Указ. соч., стр. 169—171; о числе 718 см.: Алистер Кроули. Равноденствие богов. Закон — для всех. М.: Ганга, Телема, 2010, стр. 348—353.]  — Примеч. А. Кроули.

[2] Пентаграмма означает, что темой этого Видения будет Предназначение Человека. Черный цвет здесь — цвет Солнца, ибо он ярко сияет. Из контекста явствует, что речь идет не о Бине. — Примеч. А. Кроули.

[3] Все это символы разделения и разрушения; они относятся только к четырем Слепым Стихиям. — Примеч. А. Кроули.

Эти символы соотносятся с четырьмя мастями Таро: Жезлами, Чашами, Мечами и Дисками соответственно.

[4] Праведность = Юпитер-Иегова; Красота = Осирис-Иисус. Таковы качества, на которые притязали эти божества; недостаток последних — в том, что они не имели ни малейшего понятия о троице Горних сефирот, пребывающих выше Бездны. — Примеч. А. Кроули.

[5] Слух соответствует Духу, а зрение — Огню. Эти боги лишили человека двух его наивысших способностей. — Примеч. А. Кроули.

[6] См. 10-й Ключ. — Примеч. А. Кроули.

[7] 12³. Зодиак, низведенный на материальный план. — Примеч. А. Кроули.

[8] Означающее, что ограничение Любви двумя «нормальными» Формулами — «ה и י» и «ה [конечная] и ו»  — бесплодно и пагубно. — Примеч. А. Кроули.

[9] Эдипов комплекс. Христианство. — Примеч. А. Кроули.

[10] Культ Иеговы не в состоянии подняться даже до Даат. — Примеч. А. Кроули.

[11] Т.е., Иегова — даже не истинная сефира Хесед, а губительная Двоица (как противоположность истинной Двоицы Хокмы, истолковывающей Кетер через волнообразные колебания — Логос). — Примеч. А. Кроули.

[12] Обещание сломить тиранию Иеговы (который был злым  в Эоне Истинного , Исиды) силою Солнечного (золотого) Иисуса. Но последний является в образе орла — птицы Юпитера. Так что эта сверкающая надежда обернулась лишь продолжением старого Эона в новом обличье. — Примеч. А. Кроули.

[13] Итак, он знает эту истину, уничтожающую саму суть его формулы. До него нет дела никому, кто не грешит и не нуждается в спасении. — Примеч. А. Кроули.

[14] Обратите внимание, как много громких слов и как путаются мысли в этой беспокойной речи. — Примеч. А. Кроули.

[15] Он сознает, что представляет собою не образ Простого и Возвышенного «Я», а беспорядочную мешанину Слепых Сил. — Примеч. А. Кроули.

[16] Иисуса уничтожили несметные полчища мелких фактов — результаты наблюдений за природой, опровергшие теорию, от которой зависело его существование. Его кровь пролилась и, рассеявшись, скрывает от взора Истину; тогда как Кровь Мастера Храма собирается в Чашу БАБАЛОН и заливает весь мир Жизнью и Красотой. (см. 27-й Эфир). — Примеч. А. Кроули.

[17] [«Церковь не терпит крови» (лат.)] Христианин, не способный принять формулу Мастера Храма, страшится пролития крови. Он слишком держится за свою презренную жизнь. — Примеч. А. Кроули.

[18] Т.е., латинское выражение означает то, о чем сказано выше, а не то, как его традиционно толкует Церковь. Ср. также AL I:45—48. — Примеч. А. Кроули.

[19] Это не просто символический цвет. Его видно по-настоящему (даже физическими глазами) при явлении Нуит, а также во время призывания Ра-Хор-Хута или Айвасса. — Примеч. А. Кроули.

[20] См. описания Стелы в разных работах. Это Новый Ату XX — 718. — Примеч. А. Кроули.

[21] Себ (неточная транслитерация имени «Геб») — древнеегипетский бог земли, который традиционно изображался лежащим на спине в нижней части композиции, окаймленной вверху изогнутым телом Нут — его супруги, богини неба (прототипа телемической Нуит).

[22] Земля поглотила все разрушения, причиненные Иисусом, дабы воссоздать жизнь через гниение — по своей обычной формуле (а не методами Высшей Магии). — Примеч. А. Кроули.

[23] Цитата из «Книги Закона» (II:21).

[24] Это видение происходило настолько близко к физическому плану, что промежуточных этапов на обратном пути не понадобилось. Этим же объясняется и охватившее меня утомление. Общение с высокими духовными силами, напротив, всегда вселяло в Духовидца бодрость. — Примеч. А. Кроули.